Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

26 июня 2019 г.

Опубликовано 11.06.2019

Алексей Николаевич Конасов

О дружбе Иосифа Бродского и Михаила Барышникова


     Это документальный рассказ по опубликованным источникам. По сути – это диалог поэта и солиста балета.

     Два ленинградца, становление которых происходило в одни и те же 60-ые годы. Как ни странно, они не были знакомы.

 

Бр.: Кроме общих знакомых мы просто ухаживали за девушками, жившими в одном доме на Глинка 15, на одной  и той же лестнице. Я-то тогда этого не знал. Мне это Мишель рассказал потом. Оказывается, его девушка ему меня показывала. … Мы все  к балету тогда относились, если так можно выразиться, по-офицерски. Балерины, цветы…

В 70-ые модно было иметь любовницу-балерину. Маша Кузнецова была артисткой кордебалета  Кировского театра. 31 марта 72 г. родилась дочь Анастасия Иосифовна Кузнецова. М. Барышников: «Иосифа дочку я вез из роддома...»

Бр.: Как мы встретились я, ей-богу, не могу вспомнить. … Я  вообще отношусь к людям, которые меня моложе, с некоторым - как бы это сказать? Ну, как старшеклассники относятся к приготовишкам?  Бар.: Познакомились мы в 74-м году, я только приехал в Нью-Йорк. И  был вечер, который Ростропович устроил у Грегори в честь приезда Александра Галича в Нью-Йорк. Бродский посмотрел на меня, улыбнулся и говорит: «Михаил, присаживайтесь, есть о чем поговорить». Я присел рядом с ним, он мне дал сигарету, у меня руки дрожали, сердце билось, потому что все-таки я…  Для меня он был человек-легенда; я уже полюбил его поэзию.

И вот за эти годы, которые мы провели вместе, он меня, в общем, как-то поставил на ноги. Я ведь столько лет находился под его влиянием. Все-таки с 74 по 96-й, почти каждый день. Ежели не впрямую, то по телефону: «Ну что, какую музыку танцуем? Куда идем?». Я его боготворил. … У него всегда какие-то интересные люди… Чеслав Милош, Стивен Спендер, Сьюзен Зонтаг… Разговор шел на таком уровне, что я был как «муха на стене». Это были мои университеты. Серьезно. Это было поразительно. Для меня, конечно, это было счастье – дружба с ним.

Миша был невероятно знаменит, ему ничего не нужно было от Иосифа. Письмо родителям, Монте-Карло. 29 октября 1977: «… сегодня вечером за счет местной Принцессы и местного Принца мы  прибыли сюда на вертолете, к-рый Их высочества за нами прислали, avec знаменитым балеруном: его пригласили и он меня взял в качестве чувихи».  Здесь мы с ним видимся довольно часто – просто потому, что он совершенно потрясающий человек. Человек потрясающего ума и интуиции. Человек, который – помимо всего прочего! – знает стихов на память гораздо больше, чем я… 

Бродский разбирался в балете? Нина Аловерт: «О, нет. Я думаю, что он вообще его не любил. Он Мишу любил». Он посвятил Барышникову два стихотворения.

У нас был однажды с Барышниковым план, как из Швеции на пароме на два дня, чтобы никто не заметил. Да что-то с расписанием не сошлось. Бар.: Да нет, мы шутили: «Ну что, паспорт есть?» Хотя Иосиф, я думаю, в отличие от меня, все же склонялся к короткому приезду.  Иосиф все же действительно любил свое отечество».

Осенью 1988–го они стали совладельцами ресторана «Русский самовар» на 52-й улице Нью-Йорка. Бар.: О! Это Иосиф меня втянул! Я сам на такое бы не решился.

Соломон Волков: «Для такой дружбы какой-то элемент химический в их душах, и у одного, и у другого должен был быть общий». Какой?